Сестры Второвы

 

 

 

Сестры Второвы

На фотографии 1950 года четыре крупные, жизнерадостные женщины на фоне красных знамен, гербов и вымпелов. Знаменитые в советское время спортсменки, сестры Второвы: Александра (родилась в 1907 г.), Антонина (1909 г.), Евгения (1911 г.), Людмила (1915 г.) - были победительницами множества соревнований, выступая в команде или поодиночке. Одна из сестер, Людмила, стала своего рода советской иконой, художник Александр Дейнека выбрал ее моделью для своих картин.

История жизни каждой из этих четырех женщин ярка и поучительна. К сожалению, до нашего времени дожила только Евгения Сергеевна Второва. Она была участницей самых первых в СССР спортивных соревнований, Всесоюзной спартакиады 1928 года, одной из первых спортсменок России, участвовавших в международных соревнованиях в Дании, Швеции. Евгения Сергеевна - двадцатикратная чемпионка СССР по спортивному и марафонскому плаванию, заслуженный мастер спорта по плаванию, почетный судья всесоюзной категории, 40 лет проработавшая доцентом на кафедре плавания в Центральном государственном Институте физической культуры - прошла в качестве врача всю войну; имела звание майора медицинской службы, множество наград, среди которых: орден Отечественной войны II степени, медаль „За оборону Сталинграда" и другие.

Несмотря на перенесенный недавно инсульт, Евгения Сергеевна, которой сейчас девяносто один год, оказалась на удивление живым и открытым человеком. „Это мне подходит", - сказала она, когда узнала, что я буду брать интервью для феминистского журнала. И действительно, вся жизнь этой женщины была воплощением женского волевого начала, стремления к победе, несмотря на любые преграды, полностью опровергая стереотипы о „слабом поле". Мне представляется, что женщины, подобные сестрам Второвым, невольно служили укреплению существовавшего общественного порядка (как бы мы к нему ни относились), при этом внося в тогдашнюю жизнь искренний энтузиазм и элементы человечности, некое позитивное начало - то, что делает нашу ностальгию по советским временам более или менее оправданной.

Во время беседы Евгения Сергеевна и ее племянница Татьяна (дочь Александры Второвой), также участвовавшая в разговоре, показывали великолепные фотографии, историческую ценность которых трудно переоценить.

Евгения Второва

Анна Альчук: Как же получилось, что вы, четыре сестры занялись плаванием? У вас ведь в семье было еще два брата. Почему они не были с вами?

Евгения Сергеевна Второва: С братьями мы не были так близки, как между собой. Мы жили в большом доме рядом с озером Неро в городе Ростов-Ярославский. Наш отец был пекарем, который снабжал своими баранками знаменитую Филипповскую булочную. Кстати, он знал такой профессиональный секрет, благодаря которому баранки не черствели в течение довольно длительного времени, ведь их надо было доставить из нашего города в Москву. Он был против того, чтобы мы, девочки, занимались спортом. Но когда мы с сестрами выступали в соревнованиях по гребле на нашем озере, папа бегал по берегу с криками: „Девочки, девочки, не отставать!" Он и не знал, что это мы. А мы выиграли это соревнование у сестер Ганюшиных. Это было мое первое спортивное достижение. Потом, когда мы в 1928 году поехали на спартакиаду в Москву, отцу опять не стали говорить о нашем участии в соревновании. Мама же нас очень поддерживала. Тоня выиграла первое место по плаванию кролем, а Шура - второе место по плаванию на боку. Только тогда наш отец узнал, что его дочки занимаются спортом.

А. А.: Вы действительно до последнего времени участвовали во всех соревнованиях ветеранов спорта Европы и мира? Я вижу у Вас диплом „Победительницы соревнований ветеранов Москвы, посвященных Международному женскому дню 8 марта", выданный в 2000 году, то есть когда Вам было 89 лет. С женщинами какого возраста Вы соревнуетесь?

Е. В.: Они все значительно меня младше, но сами говорят, что равняются на меня. Я ведь до июня этого года плавала в бассейне два раза в неделю. И все было бы замечательно, если бы не врачи. Они заставили меня проходить диспансеризацию. До этого я ни разу не была в поликлинике, у меня даже не было там карты до 91 года. Но в бассейне потребовали, чтобы я прошла всех врачей, и врачи меня совершенно загоняли. И тогда я впервые заболела, и довольно тяжело, и если бы не племянница, которая мне очень помогает, я бы не выкарабкалась.

А. А.: А кто научил Вас плавать?

Е. В.: О, это веселая история! Шура и Тоня давно уже плавали. Обычно они плавали вокруг нашей лодки, а меня не брали с собой. Однажды я прыгнула в лодку, чтобы плыть с ними, но упала в воду и пошла ко дну. Папа увидел это и вытащил меня. Но я очень хотела научиться плавать, взяла лодку и одна поплыла на ней на остров. Там в женской купальне было две женщины, которые стали меня учить: завели поглубже, и я сразу же поплыла.

А. А.: А кто учил Вас спортивному плаванию кролем?

Е. В.: Это было уже в Москве, в открытом бассейне на водной станции „Динамо". Мой первый тренер был мужчина. Очень скоро мы участвовали в эстафете, которая называлась „Четыре сестры Второвы против сборной команды Москвы". Мы выиграли эту эстафету. Моим следующим тренером была Галина Плечова, мы выступали тогда за команду „Динамо".

Мы занимались греблей, теннисом, лыжами, но главным было плавание. Перед войной, например, были военизированные заплывы, когда мы плавали в солдатской форме и в сапогах.

А. А.: А что значит „марафонские заплывы"? Я вижу у Вас диплом „Чемпиона СССР 1939 года в плавании на 25 километров с результатом 9 часов 49 минут, 40 секунд". Где происходили такие заплывы?

Е. В.: Мы плыли по морю в Сочи. Были большие волны, но я к ним приспособилась. В 30-е годы в соревнованиях на скорость я проплыла дистанцию в 25 километров быстрее мужчин.

А. А.: Знали ли Вы лично художника Александра Дейнеку?

Е. В.: Я познакомилась с ним, когда Люся (Людмила Второва, которая была моделью Дейнеки - А.А.) пригласила его к нам. Он был очень красивым, представительным мужчиной.

А вот фотография знаменитого Файзулина. Он проплыл по Дунаю 200 километров. Но он плыл не на скорость…

А. А.: Насколько я знаю, СССР до войны не участвовал в Олимпийских играх. Но какие-то международные соревнования были?

Е. В.: Я попала в одну из первых международных команд по плаванию. Кроме меня, там были Клава Алешина, Тоня Колоскова и четыре мужчины. На этих соревнованиях Алешина заняла первое место в плавании на спине, я - кролем, Колоскова - брассом. Это был 1935 год. Тогда же мы играли с мужчинами в водное поло и выиграли у них со счетом 1:2. Еще раньше сестры Тоня и Шура ездили в Норвегию. А 10 рекордов мира и Европы я имею на своем счету как ветеран спорта по возрастам. Это недавние результаты.

А. А.: Евгения Сергеевна, расскажите, как Вы оказались на фронте?

Е. В.: Когда я окончила Медицинский институт (я поступила туда сразу после Института физкультуры), как раз началась война. Я тогда уже была мастером спорта, и меня направили во Фрунзе. Приехав туда, я сразу пошла в местный парк культуры; после Москвы, где везде было затемнение и чувствовалась война, там было поразительно: светло, играет музыка, люди танцуют. Во Фрунзе мне предложили место преподавателя в медицинском училище. А для того, чтобы не забыть практическую медицину, я стала ночами дежурить в клинике. Мне на первых порах очень помогали. Я благодарна тем замечательным людям, которые меня, еще совсем неопытную девушку, вводили в курс дела. Мне повезло с людьми, меня так оберегали преподаватели в училище и сестры в больнице! В декабре 1941 года меня направили на фронт. Я ехала туда через Москву. И это была большая удача, потому что, когда я приехала домой на Садовую-Каретную, соседка сказала, что нашу квартиру хотели занять. Я говорю: „Как так! Я еду на фронт, а у меня отнимают квартиру!" В результате квартиру нам оставили.

Мы приехали в Воронеж, и там перед отправкой на фронт нас стали обучать военному делу. После этого я действительно попала на фронт. Это было сталинградское направление. Один командир узнал меня, он спросил: „Вы Второва? Вы спортсменка? Нам очень нужны врачи, которые работали бы с легкоранеными и быстро восстанавливали их для отправки на фронт". И меня послали врачом в передвижной госпиталь для легкораненых. Меня направляли то в одну часть, то в другую; наши части шли в наступление, и я вместе с ними. Я хорошо помню, как мы попали в голую степь, где госпиталь, располагался в землянках. Нас было четверо: я, еще один врач, сестра и фельдшер; причем, врач была беременной. Однажды, когда нам надо было идти на станцию, которая находилась за три километра, началась страшная вьюга, и нас занесло снегом так, что невозможно было выйти. Выбили окно и еле-еле добрались до станции к эшелону. Это было настоящим мучением. Когда же мы прибыли под Сталинград, в часть, где должны были развернуть новый госпиталь, я обнаружила, что у нескольких раненых сыпной тиф. Как только услышали про тиф, меня и одного санитара сразу изолировали с этими ранеными в землянке. Было очень тяжело, землянка кишела вшами, однако мы вдвоем как-то справлялись. А потом я попала в часть, где были врачи из Донбасса.

И так всегда получалось: когда меня видели и узнавали, что я спортсменка, то говорили: „Ты здоровая" и тут же направляли на передовую. Представляете, едет поезд с ранеными, и я должна отобрать только тех, кто может ходить. Идешь, а все хватают тебя за руки: „Возьми меня, меня!" А поезд стоит одну минуту. За это время надо отобрать больных, которые могли бы сами выпрыгнуть из поезда. Нашему госпиталю удивительно везло. Как-то мы эвакуировали госпиталь с берега реки, и сразу это место разбомбили. Или же мы ехали в поезде, и в соседний вагон попала бомба, а мы остались целы.

А когда мы уже почти дошли до Берлина, меня отозвали в Москву.

И только я сошла с поезда, как на следующий день уже плыла 400 метров. Это было первенство Москвы. Как уж я плыла, не помню, главное я доплыла. А затем я до конца войны работала врачом в военной части в Подлипках.

А. А.: А после войны Вы работали врачом?

Е. В.: После войны я работала в Институте физкультуры на кафедре плавания. Тогда я стала тренировать наших спортсменов.

А. А.: Евгения Сергеевна, есть у Вас любимые воспитанницы?

Е. В.: Конечно. Я свою любимую воспитанницу Галю Евдолюк замуж выдала, а потом и ее детей. Она стала тренером по плаванию. А теперь она на пенсию скоро пойдет. Она у меня была как дочка, очень хороший человек.

А. А.: Евгения Сергеевна, как Вам удалось сохранить до такого возраста здоровье, оптимизм? В чем ваш секрет?

Е. В.: Я всю жизнь трудилась не покладая рук, и, что бы я ни делала, где бы ни работала, я все делала с удовольствием. Это, по-моему, главное. Без любви к тому, что ты делаешь, не может быть радости, оптимизма.

А. А.: Вы и работали, и спортом занимались с удовольствием?

Е. В.: Например, если тренер просил меня проплыть 200 метров, я плавала 1000. Я тренировалась каждый день после работы или до работы, вставала обычно в 6 утра.

А. А.: Придерживались ли Вы какой-нибудь диеты?

Е. В.: Во-первых, я старалась есть больше молочного: молоко, сыр, творог. Мяса я всегда ела мало. Во-вторых, я стараюсь не есть на ночь. А в-третьих, очень важно не переедать. И еще очень важно для здоровья - я каждый день с утра делаю зарядку.

А. А.: А как Вам удалось сохранить такое открытое, доброе отношение к окружающим? Времена-то были суровые, многие озлобились.

Е. В.: Я всегда встречала очень хороших людей, и сама ко всем была доброжелательна. Если я могла кому-то помочь, я помогала. Никогда никому не завидовала, хотя мне завидовали.

А. А.: И по традиции, что бы Вы могли пожелать читательницам нашего журнала?

Е. В.: Любви, доброты, крепкого здоровья и долгих лет жизни.

 

статья из журнала Женщина +

Сестры Антонина Сергеевна (1910 г.) и Александра Сергеевна (1908 г.) Второвы вместе со своими младшими сестрами Людмилой (1915 г.) и Евгенией (1911 г.) составляли известный в стране «плавательный квартет Второвых». Заслуженные мастера спорта Людмила и Евгения в середине тридцатых годов стали выдающимися стайерами, не раз совершавшими в районе Сочи рекордные проплывы на сверхдальние дистанции. Своими спортивными достижениями они способствовали широкой популяризации в стране спортивного плавани